Нью-Йорк в зеркале телескопа Хаббл

Автор
Плавинский Дмитрий
Время
2002 год
Материал
Холст, коллаж, акрил
Размеры
150х100 см

Картина Дмитрия Плавинского «Нью-Йорк в зеркале телескопа Хаббл». Холст, коллаж, акрил, 2002 год. Чтобы узнать любую дополнительную информацию по картине, нажмите кнопку «Уточнить стоимость» и оставьте свой email, мы с вами свяжемся в ближайшее время. Остальные произведения Дмитрия Плавинского вы можете найти в его разделе. Мы приглашаем вас в галерею «Веллум» по адресу Москва, ул. Пречистенка, 30/2, галерейный центр «Артефакт», где вы сможете увидеть это и другие интересующие вас произведения вживую.

ЦЕНА ПО ЗАПРОСУ

Картина написана по просьбе одной московской красавицы, распрашивавшей о жизни в Нью-Йорке.

Экспонировалась на выставке Черно-Белое Кино в Новом Манеже. Москва, 2003

Нью-Йорк не раз возникал на полотнах Плавинского. То в виде гигантской доисторической рыбы — Манхэттан-фиш, Манхэттан-шарк, Манхэттан-демон — большая серия работ, разошедшихся по всему свету, включая Африку. То в мистической композиции Апокалипсис 9.11., начатой за год до известных событий 2001 года.

И, наконец, это произведение – Нью-Йорк через мощнейшую оптику, выведенного в то время на орбиту, телескопа Хаббл.

Изображено космическое прострпанство с галактиками, туманностями, созвездиями и звездами. Извечно пугавшая людей хвостатая камея Галлея. И сам телескоп. Все это пронизывает мощный информационный поток.

Хаббл сфокусирован на Нью-Йорке. Отраженные в его зеркалах структуры приоткрывают капсулы пространственно-временного континуума, с информацией о жизни и времени на Земле, спутнике Солнца, в городе Нью-Йорке, где живет и работает художник Дмитрий Плавинский. О времени и о себе. Что же несет нам эта информация?

Из истории искусств мы знает, что художники в исторических и религиозных сюжетах изображали своих современников. Вазари в своих жизнеописаниях мастеров эпохи Возрождения привел много подобных фактов. Скрытые портреты людей и автопортреты художников — это еще один временной аспект в произведениях искусства.

Рассмотрим по-подробнее, что же тут происходит.

Со скоростью света льются на нас стоп-кадры, фиксирующие бег времени — жизнь в городе, его структуру, напоминающую гиганский кристалл, людей, с их жизнедеятельностью, пристрастиями и регламентациями. Выставки и гей-парады в Сохо, с танцами, полицейскими ограждениями, объявлениями, предупреждениями, надписями-граффити и художник со своими мыслями и воспоминаниями.

Тут и дочь Лиза с котом Улиссом, и я, играющая с внучкой Варей, домашняя любимица Игуаша, далекий друг – художник Саша Харитонов, посетивший Нью-Йорк в то время. Сам автор на фоне дома 370 по Форт Вашингтон, где жил многие годы, и за работой в своей нью-йоркской мастерской в Вашингтон Хайтс.

Все в движении — полет, танец, жест. Но скорости у звезд, человека и игуаны разные.

Образ раскрывается через сопоставления, отражения и преломления, через факты, символы и метафоры. Завуалированный облик друга соседствует с зашторенным окном, кисея которого подобна пелене, спадающей с глаз. Пространственные аберрации раждают смысловые ассоциации.

Помещая в контекст современности детали своих произведений прежних лет – ( Кносский дворц, 1995 и Память венецианского зеркала, 1997), художник не столько прослеживает свой творческой путь, сколько анализирует превращение текущих событий в исторические, то есть Время. Жизнь – легенда – миф. Или в обратном напрвлении. Миф – легенда – жизнь, как нам более привычно и если мы хотим двигаться в будущее. Античный дворец, вкрапляется в современный мегаполис, а судьба легендарного европейца Джакомо Казанова, предсказанная некогда картами Таро и отраженная старыми зеркалами, высвечивается зеркалами Хаббла.

Масштаб, точки отсчета и состема смысловых координат – это геометрия образного строя искусства Плавинского.

И, наконец, цветовая гамма, в которой решено произведение, обусловлена проблемой света и тьмы, которую решал для себя художник. Свет и его отсутствие. Свет звезд и свет софитов. Естественный и искусственный. Прямой и отраженный. Эти сопоставления порождают множество полутонов и оттенков, визуальных и умозрительных.

Фантасмагоря жизни с ее отсветами и отблесками, с ее деформациями и абберациями в памяти, во времени и пространстве с высоты полета космического телескопа Хаббл.

В этом призведении можно проследить и другие сопряжения, последовательности и закономерности мироздания по Плавинскому. Но траектория проложена. И так далее, как писал Велимир Хлебников.

Мария Плавинская

Москва, 8 февраля 2018

Добавить комментарий